Термобарический боеприпас: как работает ударная волна

Коротко

• Термобарический боеприпас сжигает топливо в воздухе и поражает не столько осколками, сколько длительной волной давления и температурой.
• Его часто называют «вакуумной бомбой», но кислород никто «пылесосом» не высасывает: сначала облако топлива, затем детонация, после — кратковременное разрежение.
• В закрытых помещениях, блиндажах и тоннелях эффект значительно сильнее, чем в чистом поле: волна отражается от стен и «работает» дольше.
• Отдельного международного запрета на такие боеприпасы нет. Ограничения те же, что и для другого оружия: различие, пропорциональность, запрет ударов по гражданским.
• Путать его с ядерным или химическим оружием не стоит. Это обычный (неядерный) боеприпас с иным механизмом взрыва.
• В Украине есть собственный реактивный пехотный огнемёт РПВ-16 и гранаты наподобие РГТ-27С; с противоположной стороны чаще всего упоминают ТОС-1А.

Эти шесть тезисов — тот минимум, с которого уже можно читать новости и не попадаться на громкие заголовки. Дальше — механизм, отличие от тротила, типы систем и то, что именно разрушает тело человека. Без мистики.

Термобарический боеприпас — это боевой заряд, который распыляет горючее (газ, жидкость или мелкий порошок) в воздухе и подрывает это облако, используя кислород атмосферы. Отсюда и название: греческие корни thermos (тепло) и baros (давление). В новостях его ещё называют аэрозольной бомбой, боеприпасом объёмного взрыва или «вакуумной бомбой». Последнее слово цепляется хорошо, но физику упрощает до карикатуры.

В отличие от обычной фугасной гранаты, где горючее и окислитель уже смешаны в шашке, здесь окислителем становится воздух вокруг цели. Заряд получается более энергичным, чем тротил той же массы, волна давления длится дольше, а облако затекает в окна, амбразуры и щели. Именно поэтому такие боеприпасы любят применять против окопов, подвалов, пещер и городской застройки. И именно поэтому разговоры о них у нас не теоретические.

Материал объясняет принцип и риски. Он не заменяет инструктаж командира, советы сапёра или консультацию врача.

Как работает термобарический боеприпас

Классическая схема — двухтактная. Первый небольшой заряд вскрывает корпус и разбрасывает горючее облаком. Облако смешивается с воздухом, обтекает препятствия, заполняет комнату или траншею. Второй заряд поджигает смесь. Получается не точка взрыва, а объём, который горит и давит сразу на большую площадь.

В части более новых конструкций отдельного «второго взрывателя» нет: горючее разогревается первым взрывом выше температуры самовоспламенения и вспыхивает само, слой за слоем. Для нас как наблюдателей разница невелика. Снаружи всё равно видим сначала разлёт смеси, затем огненную полусферу и удар, который валит рамы и крыши не так, как обычный осколочный боеприпас.

Топливо подбирают по теплоте окисления. В более ранних топливно-воздушных бомбах это были оксид этилена или оксид пропилена. В современных термобарических смесях часто фигурирует алюминиевый или магниевый порошок, органика, иногда нанодобавки. Металлическая пыль удлиняет горение: волна не «щёлкает» за миллисекунду, как тротил, а давит дольше. В замкнутом пространстве отражённые ударные фронты могут удерживать огненный шар десятки миллисекунд — в открытых источниках для укрытий упоминают интервал около 10–50 мс.

• Этап 1. Корпус вскрывается, горючее становится облаком.
• Этап 2. Облако смешивается с кислородом и затекает в отверстия.
• Этап 3. Поджиг: огненная сфера, длительное избыточное давление, резкое падение давления после фронта.
• Этап 4. В помещении — многократное отражение волны от стен, потолка, пола.

Именно четвёртый пункт отличает «посмотрел видео с поля» от реального ущерба в подвале. На открытом месте часть энергии уходит в небо. Между бетонными стенами она возвращается.

Почему тогда «вакуумная бомба»

После положительной фазы давления идёт отрицательная: газ расширился, сгорел, и на мгновение давление падает ниже атмосферного. Это разрежение, а не дыра в физике. Лёгкие, барабанные перепонки, полые органы реагируют и на сжатие, и на этот «отсасывающий» хвост волны. Отсюда газетное «высасывает воздух». Формулировка удобная, механизм иной.

Кислород в зоне горения действительно расходуется. Но убить человека «удушьем из-за нехватки кислорода», как в шахте, этот заряд не успевает: волна и температура срабатывают быстрее. Токсичными могут стать несгоревшие пары горючего, если облако вспыхнуло вяло, без полноценной детонации. Для старых смесей на оксиде этилена это отдельный, очень грязный сценарий.

Чем это не похоже на обычную взрывчатку

Обычный осколочно-фугасный снаряд тащит с собой окислитель. Часть массы «съедает» сама себя, зато заряд работает под водой, в дождь и на высоте. Термобарический боеприпас этого запаса не возит. Он легче на единицу энергии и зол в замкнутом объёме, но привередлив к среде.

Таблица намеренно грубая. Реальные боеприпасы часто гибридные: к термобарической смеси добавляют осколочный корпус, как в пехотных огнемётах. Тогда вы получаете и волну, и осколки. В практике разбора фронтовых видео я то и дело вижу, как люди оценивают опасность лишь по размеру огненного шара. Шар — видимая часть. Ломает не он один.

Ещё одно отличие, которое редко проговаривают. Обычный взрыв даёт короткий пик давления. Термобарический — более низкий или сопоставимый пик, но более длительное «постоянное» давление, импульс. Для лёгких перегородок и для лёгких импульс часто важнее мгновенного числа в барах. Журнал военной медицины JMVH для ядра плазменного облака приводит температуры порядка 2500–3000 °C и упоминает избыточное давление до 73 кг/см² непосредственно в зоне горения. Это не радиус «все мертвы на километр». Это условия внутри самого облака.

Термобарический, объёмного взрыва и FAE — это одно и то же?

В разговорной речи — почти. В технической — нет, и путаница уже стала мемом. Топливно-воздушный заряд (FAE, fuel-air explosive) — старший родственник: жидкое горючее распыляют широким облаком и подрывают с задержкой, чтобы смесь успела растечься. Термобарический заряд чаще держит горючее более плотным, с металлическим порошком, и даёт более сильный «ударный» конус ближе к эпицентру, с меньшим эффектом классического «вакуумного схлопывания», чем у крупных FAE.

В документах правозащитников и военных аналитиков эти вещи часто сваливают в одну корзину — enhanced blast weapons, оружие усиленного взрыва. Для гражданского читателя этого достаточно. Для оценки конкретного изделия — нет. Ручной РПВ-16 и тяжёлая система залпового огня калибра 220 мм живут в разных вселенных по площади поражения, хотя физика волны родственная.

1. FAE / бомба объёмного взрыва — широкое облако, классическая двухтактная схема, исторически авиационные кассеты.
2. Термобарический боеприпас — топливо с металлами, более длительный тепловой импульс, множество калибров от гранаты до ракеты.
3. «Вакуумная бомба» — журналистский зонтик для обоих, плюс для любого крупного взрыва с грибом дыма.

По наблюдениям, даже опытные военкоры иногда подписывают «вакуум» под обычным фугасом, если кадр эффектный. Грибовидное облако бывает и у тротила. Смотрите не на форму дыма, а на то, есть ли распыление до вспышки и «лезет» ли огонь в отверстия здания.

Откуда это взялось

Идею поджечь облако горючего в воздухе пробовали ещё в первой половине XX века. Во Второй мировой немецкие разработки (среди имён фигурирует физик Марио Циппермайер) крутились вокруг смесей газа и детонации облака. До серийного «оружия поля боя» тогда не дошло. Серьёзный рывок сделали США во Вьетнаме: кассетные топливно-воздушные бомбы вроде CBU-55 с суббоеприпасами BLU-73, горючее — оксид этилена. Ими били по минным полям и траншеям.

Советская школа пошла другим путём: не только авиация, но и пехота и короткие реактивные системы. Во второй половине 1980-х появляется ручной реактивный огнемёт РПО-А «Шмель» (93 мм, на вооружении с 1986 года) и тяжёлая огнемётная система ТОС-1 на шасси танка. ТОС-1 испытывали в Панджшерском ущелье в 1988–1989 годах. Далее — Чечня, Сирия, Карабах, полномасштабное вторжение в Украину. Human Rights Watch ещё в 2000 году отдельно фиксировала применение топливно-воздушных бомб в Чечне и цитировала американскую разведку о механизме поражения лёгких давлением и разрежением.

США в 2002-м, во время операции «Анаконда» в Афганистане, применили лазерно управляемую термобарическую бомбу BLU-118 против пещерных комплексов. Позже в номенклатуре появились ракета AGM-114N Hellfire с металлообогащённым зарядом, выстрел SMAW-NE для морской пехоты, 40-мм граната XM1060. Британия тоже использовала Hellfire с таким снаряжением в Афганистане и Сирии. Это не «уникальное оружие одного штаба». Это класс, который делают многие страны.

Отдельно стоит убрать популярную путаницу с американской GBU-43/B MOAB. Это огромная фугасная бомба с взрывчаткой H-6, а не двухтактный аэрозольный заряд. Её часто ставят в один ряд с термобарическими из-за размера гриба. Размер гриба — плохой классификатор.

Какие системы реально существуют

Шкала — от гранаты в руке до пакета ракет на танковом шасси. Ниже не каталог на вооружение, а ориентиры, чтобы название изделия в новости что-то значило.

РПВ-16 — украинский ответ на логику «Шмеля». Разработка ГНИИХП, серия с 2018-го, калибр 93 мм, длина трубы 924 мм. Прицельная дальность по открытым данным — 300 м, максимальная — около 1000 м (в частях называют и 600 м прицельных). Боевая часть около 4 кг термобарической смеси. После попадания образуется аэрозоль диаметром 7–8 м, через 0,2 с — вспышка с температурой до 2500 °C, плюс осколки на 25 м и более. Укроборонпром сравнивал фугасное действие с тяжёлым артснарядом; это рекламное сравнение, не лабораторный протокол, но порядок величины для пехоты понятен.

ТОС-1А — другая весовая категория. Шасси Т-72, 24 ракеты 220 мм. Дальность в ранних комплектациях оценивали примерно в 6 км, позже появлялись упоминания об удлинённых ракетах. Human Rights Watch в обзоре 2022 года писала о залпе на 6–8 км. Полный пакет накрывает сотни метров в глубину и ширину, не «один дом». Система короткая по дальности, следовательно подъезжает близко к линии, и именно поэтому её часто ловят дроны. Украина в списках операторов фигурирует благодаря трофеям.

Для медиков, которые описывали поражения от таких систем в украинских госпиталях, в открытой литературе приводили ориентировочные зоны по оценке украинского Минобороны: огненный шар около 50 м, тяжёлые ожоги и волна — до 150 м, промежуточное воздействие — до 200 м, повреждения от избыточного давления ещё могут фиксировать до 300 м. Это не «карта смерти» для каждого залпа. Ветер, рельеф, количество ракет, которые реально дошли, и то, в каком доме сидели люди, меняют картину.

Что именно делает волна с человеком и зданием

Главный поражающий фактор — не «огонь как у огнемёта», хотя ожоги есть. Главное — избыточное давление и последующее разрежение, плюс тепловой импульс. Осколки есть не всегда. Бронежилет и каска против волны в закрытой комнате почти бесполезны.

• Лёгкие: разрыв альвеол, кровоизлияния, «взрывное лёгкое». Дыхание может «поехать» не сразу, а через часы, иногда до суток.
• Уши: барабанные перепонки, внутреннее ухо, контузия.
• Полые органы: желудок, кишечник, пазухи — разрывы и кровотечения.
• Ожоги: от лёгких до глубоких, если человек оказался в облаке горения.
• Мозг и сосуды: закрытая ЧМТ, газовые эмболии при повреждении лёгких.
• Токсический сценарий: если горючее сгорело плохо, добавляется отравление парами.

Вокруг эпицентра в замкнутом объёме тело может быть разрушено механически. На периферии человек иногда выглядит «целым» — без рваных ран — и при этом имеет разорванные лёгкие. Именно это расхождение между внешним видом и внутренним состоянием сбивает с толку и свидетелей, и иногда первую помощь. Замечал, как в комментариях под кадрами повторяют: «кислород высосало, поэтому синие». Синий цвет, если он есть, чаще про дыхание и кровообращение после баротравмы, а не про пустую комнату без кислорода.

Здания. Волна выбивает окна на большем расстоянии, чем «логично» для калибра. В негерметичном укрытии затекает внутрь и работает от стен. Крышу лёгкой постройки иногда снимает как крышку. Бетонный ДОТ с открытыми амбразурами — плохое место. Герметичный объём с закрытыми дверями лучше, но гарантии нет: если облако зашло до закрытия, становится хуже, потому что отражение сильнее. Песок и мешки спасают от осколков и частично от тепла, не от импульса в лёгкие.

Это не медицинский справочник. При подозрении на контузию, кровохарканье, внезапную боль в груди или глухоту после близкого взрыва нужен врач, а не самодиагностика по статье.

Запрещены ли такие боеприпасы

Нет. Нет договора, который бы прямо вывел термобарическое оружие вне закона, как противопехотные мины или кассетные боеприпасы в странах-участницах соответствующих конвенций. Протокол III к Конвенции о конкретных видах обычного оружия регулирует зажигательное оружие, но термобарические заряды из него обычно выводят: их основная конструкция — взрыв и давление, а не поджог как цель. Химическим оружием они тоже не являются, хотя несгоревшее горючее ядовито.

Работают общие нормы международного гуманитарного права. Нельзя бить по гражданским. Нельзя применять средство, если ожидаемые гражданские потери чрезмерны по сравнению с конкретным военным преимуществом. Нельзя выбирать метод, который заведомо не различает комбатанта и гражданского. BBC отдельно напоминала: удары такими системами по школам, больницам, жилым кварталам могут квалифицироваться как военное преступление по общим правилам, даже если сам тип боеприпаса не запрещён.

Правозащитники настаивают на другом акценте. Оружие усиленного взрыва плохо «целится» в городе: волна не читает, где квартира, а где огневая точка. В подвале гражданские не получают той защиты, на которую рассчитывают от осколков. Поэтому дискуссия не «запретить название», а «как применять в населённом пункте». Для площадных систем вроде ТОС-1А это вопрос острее, чем для одной 93-мм трубы по амбразуре.

Типичные ошибки, которые уже набили оскомину

• «Это ядерное оружие малого калибра». Нет. Нет цепной реакции, нет радиоактивного следа от самого принципа.
• «Это химическая атака». Нет. Отравление возможно как побочный эффект горючего, не как боевое вещество.
• «В Гааге это уже запретили». Отдельного запрета нет.
• «MOAB и любой крупный взрыв — вакуумная бомба». Нет.
• «От него спасает любой подвал». Подвал спасает от осколков и частично от тепла. От волны в незагерметизированном объёме — наоборот, может усилить.
• «Работает всегда и везде». Дождь, ветер, высота, вода портят облако.

Последний пункт объясняет, почему такие системы не заменили артиллерию. Они нишевые. Полевая пушка тупее и универсальнее. Термобарика имеет смысл, когда цель сидит в коробке, которую жалко тратить пакетом обычных осколочных, или когда пакет наоборот нужен именно по укрепрайону.

Что из этого практически следует

Если вы читаете это из тыла, главное — не разгонять мифы. «Вакуумная бомба уничтожила целый район» почти всегда преувеличение или путаница типов боеприпасов. Смотрите, что именно применили: ручной выстрел, залп ТОС, авиабомба. Масштабы разные на порядок.

Если речь о пребывании в зоне обстрела, логика укрытия от волны давления отличается от логики «спрятаться от осколков».

1. Расстояние и этаж — первое, что решает. Дальше от окон, ниже, за несколькими стенами.
2. Не стоять напротив отверстий, через которые облако может зайти: двери, окна, амбразуры, люки.
3. Открытый окоп без перекрытия от термобарики спасает хуже, чем от осколочного снаряда сбоку.
4. Наушники и закрытый рот в момент близкого взрыва не «отменяют» баротравму, но уменьшают мелкие повреждения ушей и лёгких — это стандартная памятка для взрывных травм в целом.
5. После близкой вспышки: кровохарканье, нарастающая одышка, глухота, рвота, спутанное сознание — эвакуация, не «перележать». Взрывное лёгкое умеет проявляться с задержкой.

Для военных отдельная тема — не стоять кучкой в одном блиндаже «потому что бетон». Бетон без герметизации для этого класса зарядов не магия. И не стрелять термобарикой туда, где за стеной могут быть свои или гражданские: волна не носит шеврон.

РПВ-16 и гранаты РГТ у нас уже давно не экзотика. Их цепляют и на дроны. Это меняет дистанцию: оператор может закинуть малый термобарический заряд туда, куда пехотинец с трубой не добежит. Физика заряда при этом не меняется. Меняется лишь то, насколько дешево достать «комнату с амбразурой».

На что смотреть дальше, когда снова вылезет слово «вакуум»

Три фильтра. Первый: что за носитель — граната, пехотная труба, пакет 220 мм, авиабомба. Второй: где цель — поле, лес, пятиэтажка, подвал. Третий: есть ли подтверждение типа боеприпаса, или лишь эффектный кадр и подпись. Без этих трёх вещей любой текст о «новой страшной бомбе» — шум.

Термобарический боеприпас не отменяет обычную артиллерию и не заменяет ядерное оружие в чьих-то фантазиях. Он закрывает узкую, мерзкую задачу: выбить людей из объёма, куда осколок не долетает, а фугас гаснет на стене. Понимать механизм стоит не ради эстетики взрыва. Чтобы отличать факт от подписи в телеграм-канале. И чтобы, если когда-нибудь волна придёт ближе, чем хотелось бы, не полагаться на миф о пылесосе и «надёжном подвале с открытыми дверями».

Если нужен следующий шаг после статьи — читайте не анонимные сводки, а разборы конкретных систем и протоколы домедицинской помощи при взрывной травме от профильных служб. Громкое название боеприпаса никого не лечит.